Послание Дельвигу

Александр Сергеевич Пушкин

Александр Сергеевич Пушкин


Послание Дельвигу

Прими сей череп, Дельвиг, он
Принадлежит тебе по праву.
Тебе поведаю, барон,
Его готическую славу.

Почтенный череп сей не раз
Парами Вакха нагревался:
Литовский меч в недобрый час
По нём со звоном ударялся;
Сквозь эту кость не проходил
Луч животворный Аполлона;
Ну словом, череп сей хранил
Тяжеловесный мозг барона,
Барона Дельвига. Барон
Конечно был охотник славный,
Наездник, чаши друг исправный,
Гроза вассалов и их жен.
Мой друг, таков был век суровый,
И предок твой крепкоголовый
Смутился б рыцарской душой,
Когда б тебя перед собой
Увидел без одежды бранной,
С главою, миртами венчанной,
В очках и с лирой золотой.

Покойником в церковной книге
Уж был давно записан он,
И с предками своими в Риге
Вкушал непробудимый сон.
Барон в обители печальной
Доволен впрочем был судьбой,
Пастора лестью погребальной,
Гербом гробницы феодальной
И эпитафией плохой.
Но в наши беспокойны годы
Покойникам покоя нет.
Косматый баловень природы,
И математик, и поэт,
Буян задумчивый и важный,
Хирург, юрист, физиолог,
Идеолог и филолог,
Короче вам — студент присяжный,
С витою трубкою в зубах,
В плаще, с дубиной и в усах
Явился в Риге. Там спесиво
В трактирах стал он пенить пиво,
В дыму табачных облаков;
Бродить над берегами моря,
Мечтать об Лотхен, или с горя
Стихи писать, да бить жидов.
Студент под лестницей трактира
В каморке тёмной жил один;
Там, в виде зеркал и картин,
Короткий плащ, картуз, рапира
Висели на стене рядком.
Полуизмаранный альбом,
Творенье Фихте и Платона
Да два восточных лексикона
Под паутиною в углу
Лежали грудой на полу, —
Предмет занятий разнородных
Учёного да крыс голодных.
Мы знаем: роскоши пустой
Почтенный мыслитель не ищет;
Смеясь над глупой суетой,
В чулане он беспечно свищет.
Умеренность, вещал мудрец,
Сердец высоких отпечаток.
Студент однако ж наконец
Заметил важный недостаток
В своем быту: ему предмет
Необходимый был… скелет,
Предмет, философам любезный,
Предмет приятный и полезный
Для глаз и сердца, слова нет;
Но где достанет он скелет?
Вот он однажды в воскресенье
Сошелся с кистером градским
И, тотчас взяв в соображенье
Его характер и служенье,
Решился подружиться с ним.
За кружкой пива мой мечтатель
Открылся кистеру душой
И говорит: «Не льзя ль, приятель,
Тебе досужною порой
Свести меня в подвал могильный,
Костями праздными обильный,
И между тем один скелет
Помочь мне вынести на свет?
Клянусь тебе айдесским богом:
Он будет дружбы мне залогом
И до моих последних дней
Красой обители моей».
Смутился кистер изумленный.
«Что за желанье? что за страсть?
Итти в подвал уединенный,
Встревожить мертвых сонм почтенный
И одного из них украсть!
И кто же?.. Он, гробов хранитель!
Что скажут мёртвые потом?»
Но пиво, страха усыпитель
И гневной совести смиритель,
Сомненья разрешило в нем.
Ну, так и быть! Дает он слово,
Что к ночи будет всё готово,
И другу назначает час.
Они расстались.
День угас;
Настала ночь. Плащом покрытый,
Стоит герой наш знаменитый
У галлереи гробовой,
И с ним преступный кистер мой,
Держа в руке фонарь разбитый,
Готов на подвиг роковой.
И вот визжит замок заржавый,
Визжит предательская дверь —
И сходят витязи теперь
Во мрак подвала величавый;
Сияньем тощим фонаря
Глухие своды озаря,
Идут — и эхо гробовое,
Смущенное в своем покое,
Протяжно вторит звук шагов.
Пред ними длинный ряд гробов;
Везде щиты, гербы, короны;
В тщеславном тлении кругом
Почиют непробудным сном
Высокородные бароны…

Я бы никак не осмелился оставить рифмы
в эту поэтическую минуту, если бы твой
прадед, коего гроб попался под руку
студента, вздумал за себя вступиться,
ухватя его за ворот, или погрозив ему
костяным кулаком, или как-нибудь иначе
оказав своё неудовольствие; к несчастию
похищенье совершилось благополучно.
Студент по частям разобрал всего барона
и набил карманы костями его. Возвратясь
домой, он очень искусно связал их
проволокою и таким образом составил себе
скелет очень порядочный. Но вскоре
молва о перенесении бароновых костей
из погреба в трактирный чулан разнеслася
по городу. Преступный кистер лишился
места, а студент принуждён был бежать из
Риги, и как обстоятельства не позволяли
ему брать с собою будущего, то, разобрав
опять барона, раздарил он его своим
друзьям. Большая часть высокородных
костей досталась аптекарю. Мой приятель
Вульф получил в подарок череп и держал
в нем табак. Он рассказал мне его историю
и, зная, сколько я тебя люблю, уступил мне
череп одного из тех, которым обязан я
твоим существованием.

Прими ж сей череп, Дельвиг, он
Принадлежит тебе по праву.
Обделай ты его, барон,
В благопристойную оправу.
Изделье гроба преврати
В увеселительную чашу,
Вином кипящим освяти,
Да запивай уху да кашу.
Певцу Корсара подражай
И скандинавов рай воинской
В пирах домашних воскрешай,
Или как Гамлет-Баратынской
Над ним задумчиво мечтай:
О жизни мёртвый проповедник,
Вином ли полный иль пустой,
Для мудреца, как собеседник,
Он стоит головы живой.


Послание Дельвигу. Пушкин, 1827

Дельвиг, Антон Антонович (1798—1831) — русский поэт, друг Пушкина.
Написано в Михайловском, откуда вместе со стихами Пушкин привез Дельвигу череп, полученный им в подарок от А. Н. Вульфа, в это время — дерптского студента. Первоначально послание называлось «Череп», переименовано Пушкиным в 1836 г.
Айдесский бог — Плутон, Аид, бог подземного царства, куда, по античной мифологии, переселялись души умерших.
Будущий — дорожный спутник, вписанный без указания имени в «подорожную» (документ для проезда в почтовом экипаже, выданный на чье-нибудь имя).
Певцу Корсара подражай — Байрон написал стихотворение «Надпись на кубке из черепа».
…скандинавов рай воинский // В пирах домашних воскрешай — в скандинавской мифологии в Валгалле, местопребывании душ храбрых воинов, павших в бою, они пьют мед из черепов своих врагов.
Или как Гамлет-Баратынский — стихотворение Баратынского «Череп» сопоставляется с монологом Гамлета, обращенным к черепу Йорика, из трагедии Шекспира «Гамлет».