Герой (Пушкин) — Да, слава в прихотях вольна…

Александр Сергеевич Пушкин (1799—1837)
Герой
Что есть истина?
Друг

Да, слава в прихотях вольна.
Как огненный язык, она

По избранным главам летает,
С одной сегодня исчезает
И на другой уже видна.
За новизной бежать смиренно
Народ бессмысленный привык;
Но нам уж то чело священно,
Над коим вспыхнул сей язык.
На троне, на кровавом поле,
Меж граждан на чреде иной
Из сих избранных кто всех боле
Твоею властвует душой?

Поэт

Всё он, всё он — пришлец сей бранный,
Пред кем смирилися цари,
Сей ратник, вольностью венчанный,
Исчезнувший, как тень зари.

Друг

Когда ж твой ум он поражает
Своею чудною звездой?
Тогда ль, как с Альпов он взирает
На дно Италии святой;
Тогда ли, как хватает знамя
Иль жезл диктаторский; тогда ль,
Как водит и кругом и вдаль
Войны стремительное пламя,
И пролетает ряд побед
Над ним одна другой вослед;
Тогда ль, как рать героя плещет
Перед громадой пирамид,
Иль, как Москва пустынно блещет,
Его приемля, — и молчит?

Поэт

Нет, не у счастия на лоне
Его я вижу, не в бою,
Не зятем кесаря на троне;
Не там, где на скалу свою
Сев, мучим казнию покоя,
Осмеян прозвищем героя,
Он угасает недвижим,
Плащом закрывшись боевым.
Не та картина предо мною!
Одров я вижу длинный строй,
Лежит на каждом труп живой,
Клеймённый мощною чумою,
Царицею болезней… он,
Не бранной смертью окружен,
Нахмурясь ходит меж одрами
И хладно руку жмёт чуме
И в погибающем уме
Рождает бодрость… Небесами
Клянусь: кто жизнию своей
Играл пред сумрачным недугом,
Чтоб ободрить угасший взор,
Клянусь, тот будет небу другом,
Каков бы ни был приговор
Земли слепой…

Друг

Мечты поэта —
Историк строгий гонит вас!
Увы! его раздался глас,—
И где ж очарованье света!

Поэт

Да будет проклят правды свет,
Когда посредственности хладной,
Завистливой, к соблазну жадной,
Он угождает праздно! — Нет!
Тьмы низких истин мне дороже
Нас возвышающий обман…
Оставь герою сердце! Что же
Он будет без него? Тиран…

Друг

Утешься . . . . . . .

Пушкин, 29 сентября 1830 Москва.
Пришлец сей бранный — Наполеон.
С Альпов он взирает // На дно Италии святой — имеется в виду блестящий успех Бонапарта в его Итальянском походе.
Тогда ли, как хватает знамя — может быть, намек на известный случай на Аркольском мосту.
Иль жезл диктаторский — речь идет о государственном перевороте 18 брюмера (9 ноября 1799 г.), когда Наполеон стал первым консулом.
Рать героя плещет // Перед громадой пирамид — имеется в виду победа в битве при Эмбабе 12 июля 1799 г., «близ пирамид» — «с вершины которых глядели на французов четыре тысячелетия» (Бюллетень Наполеона).
Зятем кесаря на троне — имеется в виду женитьба Наполеона на дочери австрийского императора Франца I, Марии-Луизе.
Одров я вижу длинный строй — посещение Бонапартом чумного госпиталя в Яффе.
Мечты поэта // Историк строгий гонит вас! — Пушкин ссылается на изданные в 1829—1830 гг. «Воспоминания» Бурьена, секретаря Наполеона, в которых оспаривается рассказ о том, что Наполеон в Яффе посетил госпиталь с больными чумой. Впоследствии раскрылось, что эти мемуары были подложными, написанными бывшим дипломатом, французским журналистом Виллемаре. Последняя реплика Друга Утешься… и дата 29 сентября 1830 Москва (Пушкин был в это время в Болдине) намекают на поступок Николая I, который в этот день прибыл в холерную Москву.
Четыре стиха перенесены в стихотворение «Герой» из десятой главы «Евгения Онегина» после сожжения ее (19 октября 1830 г.): первая реплика Поэта является новым вариантом начала строфы VIII десятой главы:
Сей муж судьбы, сей странник бранный,
Пред кем унизились цари,
Сей всадник, папою венчанный,
Исчезнувший, как тень зари…

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.




Загрузка...